Началось все с того, что меня очередной раз попытались уничтожить при помощи порчи. "Хватит", - сказала Н., - "будем делать защиту." Закончив, она загадочно улыбнулась: "Я делала сотни защит, но это - всего третий случай, когда откликнулся дух воздуха. Теперь он - твой хранитель. Это большая редкость. Дух воздуха - совсем юный, шебутной, жадный до жизни, не любящий работать на людей. Но если он все же берет кого-то под свою охрану, лучше ничего быть не может. Ведь делает он это со всем своим азартом и преданностью, вкладывая всю душу." ( Read more... )

Аккуратно сложить вещи в пакетик
Убедительно и доходчиво объяснить, что: "Это ты сам так решил"
Вымыть все полы в доме, выветрить все запахи
Выреветься
Открыть новую страницу
Не зря же proxodimec зовет меня саламандрой...

Когда ты пришел, у тебя было много имен, а значит, для меня ты был без имени. И со всей своей фотографической памятью я долгие месяцы не могла запомнить твой облик.
Сейчас я помню каждую черточку так, что могу прорисовать не глядя. А вчера я дала тебе имя.
Видимо, пришло время расставаться...

P.S. "Мышцы растут на пределе". Это правда. Спасибо тебе, censay.

"ВОЛШЕБНИК: Ты не любил, иначе волшебная сила безрассудства охватила бы тебя. Кто смеет рассуждать или предсказывать, когда высокие чувства овладевают человеком? Нищие, безоружные люди сбрасывают королей с престола из любви к ближнему. Из любви к родине солдаты попирают смерть ногами, и та бежит без оглядки. Мудрецы поднимаются на небо и ныряют в самый ад - из любви к истине. Землю перестраивают из любви к прекрасному. А ты что сделал из любви к девушке?
МЕДВЕДЬ: Я отказался от нее."
Шварц "Обыкновенное чудо"

Моя жизнь превратилась в микс из сказок... Наверное, во мне все же есть что-то от медведя... Ведь я, никогда и ни от чего не отказывающаяся, второй раз за последние несколько лет говорю эти слова: "А что ты сделала из любви к мужчине?" - "Я отказалась от него..."

"Ложка серебрянная есть?" - не то спросил, не то пробурчал мой домовой. "Нет, а зачем тебе?" - растерялась я. Он деловито почесал лохматую голову и потребовал хотя бы мельхиоровую. Мельхиоровая чайная ложка нашлась. Зажав ложку в кулак и нахмурившись, он посопел от усердия пару минут, после чего вернул мне ложку. "Я ее зарядил. Неделю чтобы носила на теле и не теряла. Если потеряешь никогда больше меня не увидишь." - Строго предупредил меня домовушик.
Неделю я как и было велено ходила с этой злосчастной ложкой в трусиках. Она достаточно сильно мешала на занятиях по тантра-йоге, ночью из-за нее мне снились странные сны, но более всего меня порадовало удивление моего массажиста, когда придя на массаж я ненадолго достала ложечку, чтобы перед уходом засунуть ее обратно.
"А почему нужна была именно ложка? Нельзя было зарядить колечко?" - спросила я через неделю. "Понимаешь..." - потупился домовушик, - "я умею заряжать только... столовые приборы..." "Это так хорошо, просто замечательно, что ты умеешь заряжать только столовые приборы, а не только садовые принадлежности" - простонала от хохота я, - "представляешь, если бы мне неделю пришлось бы таскаться с граблями? Хорошо бы я смотрелась." Он покраснел и надулся. "Ну почему все надо мной смеются? Ну да, я не слишком талантлив и не очень хорошо учился, но я же стараюсь..." А я погладила его растрепанные волосы, и так захотелось объяснить ему, что порой нужнее всех ложек и грабель становятся просто покой и нежность...

Стать двумя крыльями одной птицы... Одним голосом... Одним дыханием... Заснуть обнявшись... Проснуться по ту сторону... медвежатами панда...

Когда опереться не на кого, опираешься на себя. И становишься сильнее. Но внутри что-то безвозвратно надламывается.

"Спешите посетить наш выстовочный зал! Сенсация! Первый раз в нашем городе!" - улицы и площади пестрели афишами. "Всего 3 дня! Небывалое событие!" - разрывались от восторга динамики радио и телевизоров. "Картины, написанные кровью! Спешите увидеть!"
Он писал гризали в красных тонах. Ведь таков цвет крови человеческой. О нем ходили легенды. Поговаривали, что вместо воды он использовал свои слезы, как вместо красок - свою кровь. Это делало его образ еще более романтичным. Другие злословили, что пишет он на основе слез не своих, а тех женщин, чьи жизни были им разрушены. Но и эта теория не умаляла любви горожан к нему, а лишь прибавляла ему в их глазах загадочности и демонизма. И лишь немногие помнили, как все начиналось. ( Read more... )

Добро - зло, свет - тьма, счастье - боль. Вечный маятник.
Буквы разбегаются, не успевая добраться до бумаги. Их становится все меньше и меньше. Ухватить последние 33, перетасовать, выронить, рассыпать по полу. Пусть они покроют его маленькими колючими снежинками. А я буду ходить по ним босиком, как по толченому стеклу. Плясать, взрезая ноги и оставляя за собой маленькие красные лужицы слез.
Пришло и мое время проживать другую сторону...

"Остановись, мгновенье, ты - прекрасно!" - сказала я. И мгновенье остановилось, замерло, застыло, как мушка в янтаре. Нет, не сразу. Вначале оно еще дергалось, вздрагивало и трепетало, но все медленней и осторожней. И вот, я живу в остановившемся мгновеньи уже почти месяц. И оно уже не кажется таким уж прекрасным, оно заростает тиной и ряской, покрывается паутиной и плесенью, скоро к нему уже будет противно прикоснуться. "Но ты же сама хотела этого" - жалобно взывает мгновенье, глядя на меня большими собачьими глазами. А кто-то маленький и скользкий, которого я никак не могу увидеть, злорадно-мерзко попискивает: "Доигралась, допросилась!"...

Тараканы наконец-то собрались и улетели на север. Им тоже хочется обзавестись потомством. Стаи уличных кошек на помойке с громким урчаньем рвут в клочья останки выброшенного мной сегодня утром. Они поднимают кверху свои окровавленные пасти и страшен их оскал. На глазах даунов слезы восторга. С неба падают раскаленные угли, прожигая сердца. Радуйтесь, ангелы Ада, я - ваша! Я иду по осколкам прошлого вам навстречу. И вишневым соком краснеют мои следы на стеклянном крошеве.
Прощай! Я не хочу ничего более. Все кончено... Ведь если не сейчас, то к зиме тараканы все равно вернутся назад...

Уронили мишку на пол,
Оторвали мишке лапу.
Все равно его не брошу,
Потому что он любимый!

Ты будешь медвежонком панда, а я приду к тебе во Франкфурте...

ИЕРУСАЛИМ. 4:45 УТРА. ЦЕНТРАЛЬНАЯ АВТОБУСНАЯ СТАНЦИЯ.
До открытия 15 минут. Стою, от холода медленно приобретая благородный голубоватый оттенок. Мне всегда удивительно шел этот цвет. Подходит импозантный седовласый мужчина в твидовом костюме. Властным движением, не говоря ни слова заворачивает меня в свой пиджак. "Что такая красивая женщина делает в такое время в таком месте?" - "Спасаюсь от комаров." - "От комаров? Оригинально... А не от тараканов?"

РЕХОВОТ. 7:35 УТРА.
Захожу в свою квартиру, и сразу - в ванную - мыть лапки и мордочку. Открываю дверь... о, Господи!........
Сто раз меня учили, что когда выкатываешь яйцом на диагностику, потом надо очень аккуратно слить воду с яйцом и ссыпать соль в унитаз. Но у меня так дрожали руки от увиденного в стакане... Конечно же я не могла не рассыпать и не разлить. Правда потом все было сразу же убрано. Я не была дома два дня. ...В ванной комнате всюду кучами лежали огромные черные дохлые тараканы. Они были везде. В умывальнике, в ванне, на полу, вокруг унитаза...
*Стучась головой об стенку* Я так больше не могу! Не могу! Не хочу!
Наконец-то я поняла, о чем был этот пост http://www.livejournal.com/users/psikoshka/21314.html. Странно только, что он случился настолько раньше. А впрочем, нет, не странно. Игры времени. Лента Мебиуса. Дождаться полнолуния и выйти из окна. Обжечься холодом израильского лета.
Как же я устала...

Прошлой ночью первый раз в жизни пыталась помочь человеку по фотографии. К сожалению, так и не узнаю, получилось ли. Не могу же я напрямую спросить об этом, если я сделала то, о чем меня никто не просил. Хуже от этого стать не может, а вдруг станет хоть чуть лучше?...

"Ты такая маленькая, совсем карманная... Да, я буду носить тебя в кармане." Поздно, мой родной! Когда-то в прошлой жизни это было навязчивой идеей. Каждому новому своему мужчине я говорила: "Ты будешь большим и сильным? Ты будешь носить меня в кармане?" "Конечно, а как же может быть иначе?" - отвечали мне. А потом сами набивались ко мне в карманы. А я вытаскивала их оттуда брезгливо, двумя пальцами и отбрасывала подальше. Мне не хотелось чувствовать себя кенгуру. С тех пор прошло много лет. Меня стало так много, что я уже не поместилась бы не в один карман.
"Я буду носить тебя в кармане. В левом. В правом у меня лежит трубка."

А еще разговоры. "Я вчера был на охоте и задрал двух зебр." - "Как ты мог? Они же полосатые?" - "В этом-то все и дело. Они были не полосатые. Одна была черная, а другая белая. Полосатых я бы не тронул"
"На ноге 10 пальцев и на руке столько же. Всего - 40. А букв в алфавите - 33. Что же делать?" - "А если добавить цифрами?" - "Тогда останется 3 лишних" - "Значит эти лишние цифры надо забыть. Понять, что их никогда и не было" - "Правильно, это хорошее решение."
Какой знакомый язык. Откуда? И вдруг вспоминаю: я когда-то так разговаривала. Это было очень давно. Последней каплей, видимо, было мое возвращение домой после трехдневного отсутствия, когда я с восторженно блестящими глазами рассказывала о полетах розовых крокодилов и объясняла, что в связи с этим мне очень нужны были перламутровые пуговицы. Я, действительно, привезла их с собой целую кучу, круглых, разноцветных и переливающихся... В психушку меня положили через пару дней.

Я тянусь к своим брюкам и тут же, с ужасом в голосе: "Что ты делаешь? Ты хочешь одеваться? Разве ты не знаешь, что от этого умирают?" - "Ой, действительно, я как-то не подумала..."

Слишком много совпадений. И сердце разрывается на куски. А от боли или от счастья - не все ли равно, если я умираю от этого?...

Весь день хожу в твоих поцелуях, и они звенят на мне, как тысячи стеклянных колокольчиков....